«Земное эхо солнечных бурь»

Под таким заглавием вышла книга A.JI. Чижевского, посвященная влиянию космических сил на планетные процессы. Сама по себе мысль весьма привлекательная. Приятно думать, что демоны земных стихий подчиняются Его сиятельству Солнцу.

Наши предки обожествляли дневное светило. Фараон Аменхотеп IV, взявший имя Эхнатон (в переводе «Угодный Атону»), около 3,4 тысячелетия назад ввел в Египте единобожие. Одним наивысшим богом был провозглашен Атон — солнечный диск. А великий мыслитель пантеист Джордано Бруно называл себя сыном матери-Земли и отца-Солнца.

До сего времени ученые далеки от единодушия при определении солнечных влияний на Землю (хотя основное — определяющее значение солнечной энергии для земных процессов — остается бесспорным). Вот что писали геофизики Н.В. Пушков и Б.И. Силкин в книге «Внимание! Солнце спокойно»:

«В столетней истории изучения солнечно-земных связей можно найти немало примеров того, как бедному светилу приписывалось то, в чем оно абсолютно неповинно. Одно время было модно связывать солнечную активность даже с... социальными явлениями... Не остались без внимания и землетрясения. Некоторые настойчиво пытаются найти связь между ними и уровнем солнечной активности. Имеется множество работ... в которых сообщается о якобы установленных связях между солнечной деятельностью и биологическими явлениями...

Дело в том, что наряду с увлекающимися энтузиастами, которые верят в несомненность таких связей, имеются многие ученые, законно сомневающиеся в обоснованности таких утверждений».

Обилие разнообразных биологических, климатических, гидрологических циклов порой позволяет находить соответствия с солнечной активностью, даже если причинной связи между ними и нет. Нередко обнаруживаются явные планетные аномалии, не укладывающиеся в «солнечные каноны». Сторонники гелиобиологии не придают особого значения таким отклонениям, делая упор на совпадения солнечных и земных явлений. Но ведь в науке один безупречный опыт, опровергающий какой-либо закон, значительно ценней, чем тысячи тысяч опытов, подтверждающих его.

Сторонники тесных солнечно-земных связей стараются найти объяснение тем нередким случаям, когда теория опровергается фактами. Когда солнечные вспышки не вызывают отчетливых земных последствий, ссылаются на резонансный эффект: нельзя сильно раскачать качели резкими частыми толчками (или — слабыми редкими). Не все «солнечные удары» способны вызвать «вибрацию» в низах атмосферы и в живом веществе. Но временами возможен резонанс, при котором внешние слабые толчки будут складываться, вызывая заметные сдвиги.

И все-таки, когда узнаешь о некоторых солнечно-земных связях, берет оторопь. Находят зависимость от солнечных пятен плодовитости коров, рождаемости, автомобильных катастроф, ядовитости бактерий дифтерии.

В экранированных от внешних электромагнитных полей камерах многие микробы и растения размножались в несколько раз медленнее, чем обычно. Характерные изменения наблюдаются у животных, если кормить их такими растениями: уменьшается, например, жирность молока у коров. Употребление воды, обработанной низкочастотными электромагнитными полями, уменьшает привес мышей, цыплят и морских свинок, увеличивает содержание воды в ряде органов...

Возможно, когда-нибудь удастся обосновать подобные странные соответствия. Не исключено, что многое тут зависит от методики опытов.

Известно, что в среднем через 11 лет (а в действительности, очень неравномерно — от 7 до 17 лет) солнечная активность возрастает и падает. Эти колебания связаны с появлением на Солнце пятен — сравнительно темных областей, в районе которых обычно вздымаются мощные протуберанцы. По количеству пятен, выраженному в числах Вольфа — по имени астронома, первым введшего данную величину, — можно судить о масштабах колебаний активности Солнца.

Однако нельзя преувеличивать значение такого показателя. В период максимальной активности общая величина излучения увеличивается менее чем на один процент. Значит, Солнце следует считать постоянной звездой. И это очень существенно, когда речь идет о геосферах, на которых в наибольшей степени сказывается именно количество солнечной энергии.

В периоды солнечной активности резко возрастает мощность ультрафиолетового, рентгеновского и радиоизлучений. На таком основании Солнце следует считать переменной звездой. (Между прочим, техногенное излучение Земли в данных диапазонах в нашу эпоху превышает эту величину. Область деятельности человека — техносфера — приобрела поистине космические масштабы.)

Для любой точки нашей планеты излучение Солнца крайне переменно: от дня к ночи, от пасмурной погоды до ясной, от зимы к лету и т.п. «Относительная переменность Солнца» (с земной точки зрения) и определяет, главным образом, великое разнообразие и сложность процессов, происходящих в сферах Земли.

...Шторм, как известно, сильнее всего бушует у поверхности моря. С глубиной его сила затихает и в конце концов сходит на нет. То же и в атмосфере. Мощные магнитные бури заметнее сказываются в самых ее верхах — в ионосфере. Здесь силой солнечного излучения атомы лишаются своих электронных оболочек, превращаясь в ионы. С увеличением излучения усиливается и этот процесс ионизации, а значит — и электрические свойства ионосферы, плотность, температура.

Слои ионосферы частично отражают радиоволны, позволяя вести дальнюю радиосвязь, несмотря на круглоту Земли. Во время магнитных бурь из-за резких изменений свойств ионосферы нарушается дальняя радиосвязь. В приполярных районах в такие периоды в ночном небе обычно расцветают перламутровые полярные сияния. Все это позволяет сделать вывод, что режим верхних слоев земной атмосферы определяется солнечной активностью.

Американские геофизики Р. Уиттен и И. Поппов писали: «Большая солнечная вспышка — это драматическое событие для нижней ионосферы, влекущее за собой обширные последствия, происходящие как немедленно, так и с небольшой задержкой». Особо подчеркивали они роль солнечных излучений большой энергии («рентгеновских лучей») — невидимых кинжалов, терзающих ионосферу планеты, проникающих глубоко в ее рыхлую плоть.

Солнце приводит в движение весь механизм атмосферы, питает его энергией. Можно даже сказать, что низы воздушной оболочки перенасыщены этой энергией. То там, то сям грохочут молнии, разряжая «атмосферный аккумулятор»; возникают гигантские вихри: циклоны и антициклоны.

Как влияют на все это всплески солнечной активности? Тропосфера защищена от некоторых видов солнечной радиации благодаря экранирующему действию геомагнитного поля и слоев стратосферы, радиационных поясов, а движение воздушных потоков осложнено рельефом Земли, соотношением суши и моря, многими другими факторами. Поэтому трудно представить себе, что колебания солнечной активности способны заметно сказываться в низах атмосферы, тем более — в примитивной зависимости от числа Вольфа.

Еще в XIX веке немецкий географ Э. Брикнер обнаружил 35-летний, в среднем, период колебаний климата (температуры, осадков, давления, уровня озер), проанализировав метеорологические данные за два столетия.

Верность тех или иных научных обобщений определяется точностью прогноза. Если астрономы умеют предсказать затмение Солнца или Луны с точностью до минуты, то мы верим в правильность найденных ими законов движения планет, ну а если бюро погоды сулило нам вёдро, а в действительности начал лить дождь, как из ведра, то мы имеем все основания усомниться в том, что метеорологи открыли все секреты погоды.

(Нельзя забывать и о своеобразии природных явлений. Некоторые из них как будто имеют свойство закономерно нарушать установившиеся закономерности, быть случайными, рано или поздно «подшутить» над предсказателями.)

Так вот согласно «Брикнерову ритму» следовало ожидать около 1913 года максимума осадков в Евразии. Действительно, так произошло. Однако следующая дата — засушливость 1927—1929 годов — не подтвердилась.

Советский географ Л.С. Берг, исследуя количество осадков в Петербурге-Ленинграде за 1831—1928 годы, не обнаружил Брикнеровых периодов: «Колебания действительно есть, но они за указанный срок имеют периодичность от 22 до 29 лет». Он подвел итог: «Вообще относительно климатических периодов замечено, что они в течение некоторого времени выдерживаются, а затем периодичность обрывается».

Сказывается, пожалуй, эффект качелей. Однообразные толчки временами, попадая в такт, совпадают с колебаниями качелей, усиливая их, но через некоторое время они будут слишком частыми для возросшего периода колебаний и станут гасить, сглаживать качания. Чтобы позже, вновь попав в такт, начать новый цикл синхронности толчков и качаний. Не так ли «раскачиваются» Солнцем некоторые природные процессы?

...В нас и во всех живых существах возникают и гаснут, непрерывно возбуждаются электромагнитные поля. Особенно высока электрическая активность мозга и нервной системы. Что же происходит в организме и, в частности, в нервной системе при взаимодействии собственного, внутреннего электромагнитного поля организма с внешним, вечно колеблющимся, пульсирующим электромагнитным полем Земли и Солнца?

Возникает и другой вопрос: а что, если мы, дети Солнца, напоминаем марионеток? И на Земле идет великая трагикомедия жизни? И золотыми нитями светила опутано каждое существо, и колебания этих нитей придают нам активность, согласуют всеобщие движения живого вещества, возбуждают к деятельности и вершат судьбы?

Как бы ни казалась фантастичной такая постановка вопроса, некоторыми фактами она вроде бы оправдывается. А.Д. Чижевский приводил их в немалом количестве, доказывая зависимость крупных социальных и психических явлений от вариаций солнечной активности.