Образование в странах Востока

Образование на Ближнем и Среднем Востоке

Развитие педагогической мысли в обширном регионе (Иран, часть Средней Азии, Сирия, Египет и Северная Африка) с VII–VIII веков отмечено печатью ислама. Духовные ценности, заключенные в Коране, определяли религиозные и нравственные принципы воспитания и образования. Однако надо иметь в виду, что ислам складывался одновременно с расширением христианства; многие каноны Корана сходны с библейскими нравственными заповедями.

В этот период в названных регионах Евразии отнюдь не произошло полного разрыва с культурными и педагогическими традициями Византии. Исламский мир воспринял и освоил эллинскую философию, в частности Платона и Аристотеля, найдя в ней источник рационалистического взгляда на человека.

В эволюции образования заметен ряд этапов. В раннюю эпоху (VII-Х века) проблемы воспитания не являлись специальным предметом рассмотрения. Первые специальные трактаты по воспитанию появились в XI веке (Авиценна, Абу Хамид аль-Газами и другие).

Историки сообщают нам, что IХ-ХII века оказались «своеобразным восточным Ренессансом». Что же возрождали арабо-мусульманские ученые? Оказывается, они «подвергли глубокому изучению философско-педагогическое наследие античности». А мы уже показали, что как раз незадолго до этого и были выработаны основные «античные», эллинские труды. Так что перед нами не возрождение, а закономерное продолжение и развитие. В этот период задачу воспитания здесь видели прежде всего в том, чтобы человек обретал высокие духовные и нравственные качества.

Сами мыслители Арабского Востока были примером гармонического развития. Осуждая как образованных негодяев, так и благочестивых невежд, они отнюдь не всегда были религиозными фанатиками. Посмотрим же, кто они и каковы.

Открывает список ученых-энциклопедистов исламского мира основатель арабской философии Абу-Юсуф Якуб ибн-Исхак Кинди (801–873). Он выдвинул концепцию четырех видов интеллекта: актуального, потенциального, приобретенного и проявляющегося. Он ставил науку выше религии.

Другой ученый и философ, аль-Фараби (870–950), глубоко и оригинально рассмотрел ряд сущностных педагогических проблем. Он утверждал, что лишь безумцы могут полагать высшее благо находящимся вне существующего мира. Цель воспитания, по Фараби, – подвести человека к этому благу через поощрение стремления совершать добрые дела, причем осознать, что именно является добрым или злым, помогают знания.

Фараби предложил систему приемов воспитания добродетелей. Приемы делились на «жесткие» и «мягкие». Если воспитанник проявляет желание учиться, трудиться и совершать добрые поступки, уместны мягкие методы. Если же он злобен, нерадив, своенравен – вполне оправданы наказания, «жесткое» воспитание.

Более чем в ста пятидесяти трактатах другого мыслителя Востока, аль-Бируни (970-1048) во множестве разбросаны такие свежие для того времени педагогические идеи, как наглядность и системность, развитие познавательных интересов обучения и т. д.

Названный современниками «владыкой наук», советник правителей разных стран Ближнего и Среднего Востока Ибн Сина, или Авиценна (980-1037) занимался и преподаванием тоже и во множестве работ писал о всеобъемлющем воспитании и развитии, средствами которых должны стать прежде всего музыка, поэзия, философия. Он полагал необходимой организацию совместной учебной деятельности со внесением в процесс обучения духа соперничества. Основой образования называлось овладение чтением и письмом. Общее развитие должно было предшествовать профессиональному обучению; как только подросток овладевает грамотой, его следует готовить к будущей профессии (например учить составлять отчетность и иные документы). Затем надлежало вводить собственно в профессию: подросток должен начать трудиться и зарабатывать.

Проблемами воспитания занимался один из наиболее выдающихся философов Востока аль-Газали Мухаммед (1056/59-1111). Четырехтомный компендиум ученого «Воскрешение наук о вере» посвящен, в частности, развитию человеческих способностей, приемам наблюдения за детьми с целью их воспитания. Аль-Газали указывал на необходимость с раннего возраста приучать ребенка избегать излишеств, учить умению вести себя за столом, неприхотливости в быту, закаливанию путем физических упражнений.

Нравственное начало, полагал аль-Газали, формируется одновременно посредством подражания мудрым наставникам и самовоспитания. По мере образования, укрепления интеллекта увеличивается роль самовоспитания. Чтобы преодолевать нравственные пороки, необходимы Божья помощь, долготерпение и постоянные душевные усилия. Телесные наказания аль-Газали не осуждал, но указывал, что увлекаться ими не следует. Наказывать надо наедине, дабы не унизить ребенка в собственных глазах и глазах окружающих. Предпочтительно, впрочем, действовать убеждением, заботясь, чтобы не докучать воспитаннику увещеванием.

Вообще тема нравственного самосовершенствования – одна из постоянных у восточных философов. Эта тема, например, ведущая в трактатах по психологии, логике и этике «мудреца мудрецов» Ибн Бийджа (конец ХI века – 1139 год).

Популяризатор аристотелизма и оригинальный ученый из Андалузии Ибн Рушд (Аверроэс) известен прежде всего благодаря трактату «Система доказательств». Последовательный рационалист, он обосновывал важные дидактические принципы сознательности, научности, наглядности в педагогике.

Разнообразные идеи о воспитании и образовании содержатся в трактатах иранского философа Насирэддина Туси (1202–1273) «Обучение мудрости», «Книга мудрости», «О воспитании обучающихся», «Наставление обучающемуся на пути учебы» и других.

Еще один великан просвещения, арабский ученый Абдуррахман Ибн Халдун (1332–1406), заложил такие основы. Следует избегать изучения одновременно нескольких предметов, а обучать так, чтобы учащиеся передвигались от одного предмета к другому. Сначала дать краткий очерк предмета, затем сосредоточиться на деталях, а в итоге рассмотреть неясное и спорное. Обучение должно усложняться постепенно, иначе ученик испытает утомление и замешательство, потеряет надежду овладеть знанием. На высшей ступени образования наиболее эффективным приемом обучения Ибн Халдун называл дискуссии. Он горячо поддерживал давний обычай приобретать знания в путешествиях, общаясь со многими учителями.

Ибн Халдун отвергал традицию начинать обучение с Корана (предпочтительней, говорил он, начинать с изучения арабского языка и литературы). Он писал, что малые дети не в состоянии понять Коран, поэтому, чтобы заставить их учиться, прибегают к насилию, а насилие запугивает, подавляет самостоятельность, порождает лживость. Арабская письменность была создана в VII веке на основе арамейского письма. Овладение ею было непременным условием для образованного человека и учителя.

Арабский писатель Мухаммед Ибн Сухнун (817–880) в трактате «Поведение учителя» советовал наставникам избегать вспыльчивости, не превращать физическое наказание в избиение. Так, в соответствии с традицией число ударов ограничивалось тремя. Подчеркивались недопустимость физического наказания детей до 10 лет, поручения старшему ученику наказывать товарищей.

По исламской традиции, выработавшейся не без влияния этих и других мудрецов, обучение начиналось в семье. Важной вехой такого обучения являлась церемония бисмаллах: по достижении возраста в четыре года, четыре месяца и четыре дня ребенок должен был произнести молитвенное бисмаллах и несколько стихов из Корана. Считалось, что ответственность за проступки детей лежит на самом преподавателе. «Начало воспитания моих детей есть твое собственное воспитание», – писал учителю один из родителей ученика.

Образование в исламском мире делилось на два уровня (в некоторых странах имелись непринципиальные различия). В городах и крупных селениях существовали частные религиозные школы начального обучения (китаб). Учитель договаривался с родителями учеников о плате, обычно невысокой. По крайней мере, до XII века школы не имели особых помещений; занятия проходили в мечетях, реже – в доме или лавке; учителю помогали старшие ученики. Учились шесть дней в неделю (кроме пятницы), утром по средам и четвергам повторяли пройденное. Детей обучали арабской грамоте, основываясь на чтении и запоминании текстов Корана. Применялись также диктанты. Соблюдение исламской направленности процесса контролировали местные духовные и светские власти.

Основную часть учеников составляли дети ремесленников, торговцев, состоятельных крестьян. Феодальная верхушка предпочитала нанимать домашних учителей; в этом случае образование включало не только чтение, письмо и счет, но также арабскую грамматику и литературу и дополнялось изучением истории, приучением к хорошим манерам, физическими и воинскими упражнениями (плавание, верховая езда, стрельба из лука и т. п.).

Обучение на втором (высшем) уровне образования чаще всего происходило в мечетях, обычно с рассвета до полудня. В больших мечетях могли заниматься десятки ученических групп (кругов), и на занятия приходили сотни юношей. Преподаватель, прислонившись к стене, сидел на ковре в кругу учеников. Программа делилась на два цикла предметов: традиционные и рациональные (умопостигаемые).

К первому циклу относились религиозные дисциплины (толкование Корана, интерпретация преданий о жизни пророка Мухаммеда, мусульманское право, богословие), сюда же относились арабская филология и риторика. Во второй цикл входили каллиграфия, логика, математика, астрономия, свод правил поведения, медицина и другие естественные науки в связи с философскими концепциями аристотелевского толка.

Главными методами обучения на втором уровне образования являлись чтение и комментирование разнообразной литературы. Ученики под руководством наставника изучали наиболее авторитетные сочинения по тому или иному предмету, причем обычно ученик читал, а преподаватель прерывал его чтение комментариями. Иногда комментарии переходили в развернутую лекцию. Студенты вели конспекты, а специальные глашатаи время от времени громко повторяли то, что учитель считал наиболее важным. Глашатаи выполняли также роль репетиторов и контролеров.

Приобретшие образование высшего уровня получали ученую степень – ияз. Порой у них на руках оказывались свидетельства о получении такой степени от многих преподавателей.

Власти мало вмешивались в организацию высшего образования. Лишь в некоторых местах (в Багдаде и Египте) они следили за соблюдением ортодоксального ислама в процессе такого образования.

Заметные изменения в организации процесса образования произошли в XI–XII веках, когда появились новые учебные заведения – медресе. Первая подобная школа была создана в 1055 году в Багдаде, а затем медресе распространились по всему исламскому миру. Самой знаменитой была медресе Низамейи в Багдаде, ее основал в 1067 году политический деятель аль-Мульк.

Медресе имели свой устав и статус частных учебных заведений и жили на средства богатых дарителей. Студенты обеспечивались жильем, продовольствием, небольшим денежным пособием; получали жалованье и преподаватели. Порой (в Басре, Исфагани, Герате, Мерве и других городах) их финансировали власти. Постепенно, однако, контроль государства становился все более жестким.

Медресе давали не только религиозное, но и светское образование. Сначала в них изучали грамматику, право, философию, но постепенно программа расширялась: стали изучать труды эллинских, иранских и индийских авторов, штудировали учебную литературу всего тогдашнего цивилизованного мира.

Типологичность системы образования в исламском мире не исключала особенностей в отдельных регионах и странах. Так, в Иране к Х веку наряду с арабско-грамматической школой мактаб уже существовала школа персидского направления – куттаб, где изучали иранскую историю и литературу.

Крупным культурным центром исламского мира являлась мусульманская Испания. Просвещение здесь достигло наивысшего расцвета при Абдурахмане III (912–961) и Галеме II (961–976). По всей стране открывались школы и библиотеки. Ученики многих школ получали одежду и еду. В одной лишь Кордове насчитывалось около 80 учебных заведений, в том числе несколько высших школ, в которых женщины посещали занятия изящной словесности. Высшие школы Кордовы, Толедо, Саламанки, Севильи предлагали программу по всем тогдашним отраслям знания, как то: богословие, право, математика, астрономия, история и география, грамматика и риторика, медицина и философия. В этих учебных заведениях царила изрядная веротерпимость, преподавателями и студентами были мусульмане, христиане и иудеи.

Идеи и практика воспитания и образования Арабского Востока во многом предвосхитили школьно-педагогические достижения Европы и нередко являлись эталоном для Запада. Через арабов в Европу проник аристотелизм, ставший одним из стержней философско-педагогической мысли в Западной Европе в эпоху Средневековья.

И восточные школы университетского типа в значительной мере оказались прообразами средневековых университетов Европы. В арабских высших школах обучались европейцы, ставшие впоследствии учеными, политическими и религиозными деятелями. В мусульманской Испании, например, получил образование будущий папа Сильвестр II. Даже когда в XI веке в Болонье и Париже появились центры просвещения, выросшие затем в университеты, европейцы отправлялись в Северную Африку или арабскую Испанию, чтобы посетить тамошние школы, познать мудрость Востока.